Говоря о причинах восстаний

Говоря о причинах восстаний горцев, он винил прежде всего царскую администрацию и ее представителей, которые своими грубыми и безжалостными действиями возбуждали и толкали горцев на выступления. Он подчеркивал, что дело в конечном счете было не в том, что «ненависть к чужому господству вообще сильна была в горских племенах», а главным образом в том, что «наше управление на Кавказе не было совершенно сообразно с местными потребностями и отношениями», что «обремененные нашими требованиями, они роптали на нас и охотно передавались неприятелю при первой к тому возможности».
Добролюбов правильно указывал на одну из причин большого влияния авторитета Шамиля, который четверть века возглавлял героическую антиколониальную и на определенном этапе антифеодальную борьбу горцев Дагестана и Чечни. Она заключалась в том, что царское правительство, отмечал он, своими злоупотреблениями вооружило против себя горцев-крестьян и тем самым «чрезвычайно ободряло Шамиля и давало ему новую опору в горских племенах, смотревших на него не иначе, как на избавителя от притеснений русских», т. е. царских властей.

Когда Кавказская война подходила к своему завершению, это вызвало угар шовинизма среди реакционных классов и отсталой части обывателей. Среди этого шовинистического угара Добролюбов выступает с суровым обличением колониальных методов и жестоких действий царских администраторов на Кавказе. «Мы решаемся на это среди общего шума восклицаний и восторгов,— писал он, — потому всего более, что в этих восторгах нередко будущее рисуется в слишком обольстительном виде». Разоблачив такие широко применяемые методы политики царизма, как подкупы, шантаж, «разделяй и властвуй» и т. п., Добролюбов с возмущением констатировал, что царские администраторы на Кавказе «гораздо охотнее принимают на себя… роль расчетливых купцов, нежели заботливых садовников».