И. Д. Беляев

И. Д. Беляев, оценивая уложение 1597 г. и имея в виду ст. 11, считал, что «узаконение о кабальных холопах было особенно тяжело для вольных людей». М. Ф. Владимирский-Буданов держался другого мнения: «Этот закон во многом снисходительнее Предшествующих». Основанием для такой квалификации ст. 11 уложения 1597 г. послужила, во-первых, точка зрения, что «служба ведет уже не к полному холопству», как было ранее, «а к кабальному», и, во-вторых, что указом «дозволяется служить полгода без обращения за то в рабство». Б. Д. Греков не сомневался в характере этой статьи уложения. Оно разрешило «вопрос … относительно добровольных слуг» «совершенно недвусмысленно и в том же направлении», направлении, охарактеризованном им как закрепостительное.
И действительно,, судьба так называемой добровольной службы была решена уложением 1597 г. вполне определенно. Свое отрицательное отношение к добровольной службе в собственном смысле слова московские власти продемонстрировали еще в 1555 г., когда 11 октября был дан указ, запрещающий даже путем предъявления исков о краже имущества задерживать людей, которые служили у кого-либо «добровольно без крепости» (см. с. 36—38). Не вызывает никакого сомнения, что составитель указа 1555 г. был озабочен тем, чтобы под угрозой систематического и уголовно не преследуемого обворовывания добровольными людьми дворов своих господ стимулировать последних к взятию каких-либо крепостей на поступающих к ним на службу.

Однако такая мера оказалась, как видно, мало действенной, поскольку, как отмечалось, на протяжении второй половины XVI в. добровольная служба была весьма широко распространена.