Наконец

Наконец, третий эшелон, наиболее глубоко и прочно укрепленный и державшийся вдали от публичной политики, почти в тени, составляли партийно-номенклатурные элиты в центре (Кишиневе) и на периферии, в районах. Они брали на себя функции укрепления «самостоятельности» и «свободы» стремящихся к независимости народов-узников советской империи. Объявляя национальным достоянием экономические и природные ресурсы на подвластных им территориях, партийно-номенклатурные кланы прибирали к своим рукам эти ресурсы и под разговоры о «приватизации» и дальнейшем углублении реформ очень быстро превращались в спаянные семейно-территориальные компрадорские кланы.

Демонтаж централизованной вертикали власти, представленный пропагандой как естественное и долгожданное разрушение «советской империи» свободолюбивыми народами в эпоху их национального возрождения, по сути положил конец любым иллюзиям о демократических реформах, позволив сохранить власть в руках жестких антидемократических элит в каждой из республик. Видимые вариации этих процессов в Латвии, Чечне, Молдове и других республиках, безусловно, есть, но они не столь уж существенны для понимания сути произошедшего. И, конечно, в самой меньшей степени этим процессам могла помешать идеология, которой обычно придавалось столь грандиозное значение в советские времена.

В Молдове, как и в других республиках, произошла молниеносная замена устаревшей и не отвечающей новым реалиям коммунистической идеологии, базировавшейся на псевдоинтернационализме Маркса, новой идеологией агрессивного воинствующего национализма. Вчерашние секретари райкомов и горкомов, руководители ЦК и партийные идеологи, еще на прошлой неделе ревностно охранявшие чистоту марксистско-ленинской идеологии, вдруг, неожиданно, одномоментно превратились в самых непримиримых, оголтелых антикоммунистов, национал-патриотов и глубоко продвинутых национал-демократов, даже национал-социалистов. При этом они сохранили свои места, все свои синекуры, зачастую не покидая даже и насиженных кабинетов.