В русских условиях

В русских условиях, «умственного подъема массы, который поэтому и поставлен, как главная задача переживаемого момента» (стр. 7). Но эта книга, изданная в 1893 году, подводит итоги предшествующим работам Воронцова, в которых он, опять-таки первый, дал социально-экономическое «обоснование народничества» новой формации, сделав краеугольным камнем этого обоснования, по выражению Мартова (цитированное сочинение, стр. 48), «фаталистическую идею о немыслимости капиталистического развития в России».

Мы видели, в течение полувека все этапы и зигзаги развития русского демократического движения и возникшего в его недрах народничества так или иначе определялись мыслью о необходимости борьбы с угрожающей России опасностью капиталистического развития. Объявить эту опасность несуществующей, доказать, по выражению Михайловского («Письма постороннего» в «Отечественных записках», апрель 1883 г.), что «все надежды и опасения на этот счет одинаково тщетны», — значило вынуть из народничества его душу. Это значило во всяком случае вырвать у него революционное жало, убедив его в том, что, в силу антикапиталистической автоматики социально-экономического развития России, оно может с уверенностью рассчитывать на постепенное осуществление своих идеалов и в рамках существующего политического строя, без того революционного «низвержения самодержавия», к которому все громче и громче звала «Народная воля» вплоть до кульминационной точки своей борьбы — 1-го марта 1881 года.

Таков именно и был политический смысл социально-экономических теорий В. В., писавшего в предисловии к своему главному труду «Судьбы капитализма в России» (1882): «Народная партия много бы выиграла в практическом отношении, если бы двойственность, раздирающая ее миросозерцание, была уничтожена, если бы к ее вере в живучесть народных устоев присоединилось убеждение в исторической невозможности развития капиталистического производства в России». Доказательству этой «исторической невозможности» и была посвящена его книга.