Вне стен ООН

Вне стен ООН Хаммаршельд не рекламировал своего отъезда в Африку. На аэродром его провожала неизменная тройка — Кордье, Банч и Вишгоф. Собственно говоря, любой из них мог бы сопровождать его в Конго. Но Кордье против Чомбе был бесполезен. Хаммаршельд вообще перестал ему доверять и уже принял меры, чтобы отдалить от себя. Он отстранил его от обязанностей шефа кабинета, хотя оставил ему руководство Ассамблеей. Подслащенная отставка от кухни ООН глубоко задела Кордье, но он молчал.

Банч был нужен Хаммаршельду в Нью-Йорке. Всю конфиденциальную переписку по Конго он доверял теперь только ему. Поэтому с собой Хаммаршельд снова брал Вишгофа.
При прощании Эндрю Кордье сказал Хаммаршельду:

— Ну что же, Даг, я уверен, что эта поездка будет вашей самой приятной поездкой в Леопольдвиль.

Хаммаршельд с удивлением посмотрел на Кордье, но ничего не ответил. Он подумал: «О каких приятностях он говорит? Разве он не знает, что на каждом шагу меня ожидают подвохи и осложнения?»

Ему стоило бы поглубже задуматься над этой лицемерной фразой. Дружбе Хаммаршельда и Кордье пришел конец. И на этой последней встрече оба они оставались самими собой: Хаммаршельд — наивным в доверии к тем, кого он приближал к себе; Кордье — коварным в умении втереться в доверие и использовать в своих интересах и в интересах американцев любого, с кем сводила его судьба. Кордье вертел Хаммаршельдом с такой бесцеремонностью, что другого давно бы выгнали в шею. Он же удержался.

И сейчас Кордье не отказал себе в удовольствии съехидничать. Знал он, какие сюрпризы ожидают Хаммаршельда в этой заранее подстроенной поездке. Не было перспектив урегулировать положение в Конго. В противном случае Хаммаршельд спокойно сидел бы в Нью-Йорке, а в Конго послали бы его. Кордье удивлялся: «Неужели Хаммаршельд так слеп, что надеется урегулировать безнадежное положение? Если бы он не отстранил его, Кордье, от поста шефа кабинета, он, наверно, подсказал бы ему: «Будь осторожнее, Даг, не лезь в петлю».